Oadam (oadam) wrote,
Oadam
oadam

Двѣ версіи одной дуэли (изъ хроники Петербургскаго окружнаго суда)

     Продолжаем знакомиться с судебными драмами, которые век назад будоражили читающую публику Российской империи, и предлагаю вашему вниманию судебный процесс, на который весной 1902 года в Caнкт-Петербургском окружном суде, собирался весь высший свет тогдашнего общества. В зал суда публика впускалась только по билетам, а около дверей дежурил усиленный наряд городовых и жандармов.
     Итак, две версии одной дуэли.
Версия обвинения
  15 июля 1901 года в поезде Финляндской железной дороги из Шувалова в Петербург возвращались француженки Мюге, Грикер, Бера и Краво. Вместе с ними ехал их знакомый 32-летний сотник Терской сотни и флигель-адъютант Собственного Его Величества конвоя, светлейший князь Александр Фердинандович Сайн-Витгенштейн-Берлебург (из ветви знатнейшей немецкой фамилии, состоящей на русской службе).
two_versions_of_the_duel-1
Светлейший князь А.Ф. Сайн-Витгенштейн-Берлебург

     Путешественники мирно беседовали между собой, когда в вагон вошел 52-летний подполковник в отставке Евгений Яковлевич Максимов – личность во всех отношениях неординарная.
     Бывший кирасир, военный корреспондент, воевал добровольцем в Сербии, участвовал в русско-турецкой войне, командовал при генерале Скобелеве в Ахалтекинской экспедиции передовым летучим отрядом, во время борьбы буров с Англией отправился в Трансвааль, вступил в состав «европейского легиона» и после гибели его начальника командовал этим легионом в звании фехттгенерала (боевого генерала) Бурской республики. В англо-бурскую войну такой чести удостоились лишь два иностранных добровольца.
two_versions_of_the_duel-2
Максимов по возвращении с англо-бурской войны в форме фехттгенерала

     Пристально оглядев француженок, Максимов прошел в следующее отделение, и через некоторое время одна из дам заметила, что новый пассажир остановился недалеко от двери и упорно смотрит на нее через незакрытую дверь.
     Другая француженка захлопнула дверь, которая снова отворилась, и подполковник Максимов, остановился в проходе, продолжая пристально разглядывать дам.
     – Уж не хотите ли вы меня сфотографировать? – недовольно спросила госпожа Грикер бесцеремонного пассажира.
     – Сколько это будет стоить? – вызывающе парировал тот.
     Состоялся обмен колкостями, закончившийся заявлением подполковника, что карточки француженок он может приобрести в публичном доме, где они служат.
     Оскорбленные дамы обратились к князю Витгенштейну с просьбой защитить их от дерзкого пассажира, что тот и сделал, попросив от Максимова в вежливой форме, чтобы он оставил их в покое.
     – Это не ваше дело! – резко ответил пассажир. – Я с вами не разговариваю, и прошу сесть!
     – Кто вы такой? – вспыхнул князь.
     – Вы узнаете это завтра от барона Мейендорфа. – С этими словами подполковник вышел из отделения, с силой толкнув дверь, которая ударила по руке ближайшую француженку.
     Ввиду такого вызывающего поведения подполковника Максимова, князь Витгенштейн счел себя обязанным кончить дело дуэлью. От примирения Максимов отказался.

     Условия поединка были выбраны жёсткими: дистанция – 25 шагов, в пистолеты для лучшего боя был вложен двойной заряд пороха.
     – Я не стану стрелять первым! – заявил Максимов, – Но если не буду убит, то я дам своему противнику «немного почувствовать».
     По показаниям свидетелей обвинения, покойный князь был хорошим, добрым человеком, ссор никогда не затевал, в дуэлях не участвовал и стрелком был неважным. Первым выстрелил князь, и дал промах. Вторым выстрелил его противник, и раненый в нижнюю часть живота, князь упал на траву (при вскрытии трупа, пуля была найдена застрявшей в левой стороне таза).
     После перевязки князь был доставлен в Обуховскую больницу. Несмотря на все принятые медицинские меры, он скончался 3 августа от острого гнойного заражения крови, вызванного ранением в кишечник.
     По мнению обвинения, к дуэли привела бестактность со стороны подсудимого и горячность князя. Отличный стрелок Максимов вынудил Витгенштейна затеять этот поединок, и специально стрелял в пах покойному. Обвинитель попросил применить к Максимову наказание в виде заключения в крепости на срок от четырех до шести лет.
two_versions_of_the_duel-3
Генерал Кольбе и подполковник Максимов (сидит)
.
Версия защиты
  Нетрезвые француженки стали первыми вышучивать пожилого, боевого офицера. Состоялся обмен колкостями, и одна из француженок сердито сказала Максимову:
     – Не желаете ли сфотографировать нас? Это будет стоить очень дорого.
     – Я мoгy достать ваши карточки в том пансионе, где вы воспитывались – ответил ей Максимов.
     При этом под словом «пансион», подсудимый не подразумевал ничего предосудительного (разговор шел на французском, и это слово это можно было истолковать по-разному).
     Вигтенштейн не присутствовал при ссоре Максимова и дам, нагнав Максимова в другом конце вагона, когда поезд уже подходил к Петербургу. Князь резко схватил офицера за рукав, потребовав указать свое имя, звание и адрес. Когда Максимов подал князю визитную карточку, на что Витгенштейн оскорбительно вопросил: «А верен ли адрес?».

     Впоследствии секунданты, ознакомившись с подробностями инцидента, признали повод для дуэли несущественным и сделали попытку примирить противников. Так как первый повод к оскорблениям был подан подполковником Максимовым, то ему предложили извиниться перед князем. Максимов написал князю следующее письмо: «Ваша светлость, князь А.Ф., Вы изволили почтить меня вызовом... Секунданты находят возможным примирить нас... Я приношу Вам искреннее сожаление по поводу происшедшего».
     Однако князь Витгенштейн не удовлетворился этим письмом и потребовал, чтобы Максимов написал, что он раскаивается или извиняется «в своем поведении». Тот счел это требование неприемлемым.
     Максимов благородно отказался от своего права на первый выстрел, и стреляя сам, целил в ногу. Но, как он говорил потом, «на этот раз глаз мне изменил». Покойный князь Витгенштейн, был представителем беспечно прожигающей свою жизнь «золотой молодежи», и вина в его смерти лежит только на нём самом.
     Известный герой и храбрец Максимов, просто не смог поступить иначе, и адвокат попросил для своего подзащитного оправдания.

     После продолжительного совещания Санкт-Петербургский окружной суд признал Е.Я.Максимова виновным в участии в поединке, вызванном, однако, не им, и приговорил его к заключению в крепость на два года.
     Вместе с тем ввиду чрезвычайных обстоятельств этого дела, окружной суд постановил ходатайствовать через министра юстиции пред Его Императорским Величеством о помиловании осужденного. И Максимов был Николаем II высочайше полностью помилован.
two_versions_of_the_duel-4
Князь Витгенштейн со соей двоюродной сестрой княжной Дадиани

     Известие об этом поединке и суде, широко разнеслось по Петербургу. Спорили в основном о двух моментах: кто же виноват в этой дуэли, и специально ли Максимов стрелял в пах князя, или отличный стрелок случайно промахнулся?
     Пытаясь как-то оправдаться, Максимов выступил в печати с письмом, в котором отмечал: «Что доказала дуэль? Она доказала только: от каких иногда пустых причин гибнет человеческая жизнь и какие мы рабы ложно направленного самолюбия».
     Но такой финал этой истории не устроили младшего брата покойного, светлейшего князя Григория Фердинандовича Сайн-Витгенштейн-Берлебурга, который также вызвал Максимова на дуэль. Максимов сначала долго отказывался от поединка, но ввиду «настоятельных требований» был вынужден согласиться.
     Причем согласиться на невыгодных для себя услових – дуэль на саблях, с гвардейским офицером, который был в два раза моложе пожилого подполковника. Дуэлянты рубились 12 минут, пока Максимов не ранил противника в правую руку, и тот не смог продолжать поединок.
two_versions_of_the_duel-5
Подполковник в отставке Е.Я.Максимов

     Через какое-то время после второй дуэли, Максимов получил еще один вызов от другого родственника покойного князя. Не желая «истреблять весь род Витгенштейнов», Евгений Яковлевич Максимов поступил вольноопределяющимся в Орловский пехотный полк, и отбыл на кстати начавшуюся Русско-японскую войну, оставив в дверях своей квартиры записку: «Желающие получить удовлетворение могут отправиться вслед за мной».
     Евгений Яковлевич Максимов ненадолго пережил своего противника, и был убит в октябре 1904 года в сражении на реке Шахэ. И я не знаю, случайным ли был тот выстрел Максимова в княжеский пах или нет, но думается что во всём виноваты бабы в той дуэли виноваты француженки…
Tags: Судебныя Драмы, война
Subscribe
Buy for 50 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 107 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →