September 8th, 2011

Вечный бег жизни

Про геройский подвиг (или геройскую глупость)

   Ровно 97 лет назад, 8 сентября (26 августа по старому стилю) 1914-го года, начальник 11-го авиаотряда 3-й армии Юго-Западного фронта Пётр Нестеров, на своем моноплане «Моран-Ж», настиг над городом Жолкиев австрийский разведывательный биплан «Альбатрос» (с пилотом лейтенантом бароном Фридрихом Розенталем и с пилотом-наблюдателем унтер-офицером Францем Малина) и сбил его таранным ударом. Нестеров попытался ударить своим шасси в крыло вражеской машины, но не рассчитал скорость и врезался винтом в крыло. Оба самолёта упали на землю, а лётчики погибли.
   Так был совершён первый в истории мировой авиации воздушный таран, спустя несколько месяцев после которого Высочайшим приказом штабс-капитан Нестеров был посмертно удостоен ордена Святого Георгия 4-й степени. Уже в настоящее время именем Нестерова названы улицы и переулки в разных городах России, установлены памятники в Киеве (где Нестеров похоронен), Нижнем Новгороде, бюст в Казани. Имя «Нестеров» присвоено астероиду № 3071, и в его честь учреждена государственная награда Российской Федерации – медаль Нестерова. 
   Возможно это прозвучит кощунственно, но я никогда не понимал «героизма» воздушного тарана (которых в годы Великой Отечественной войны было потом великое множество) – где летчик губит и себя (обученного государством пилота) и свой самолет (казенное имущество) для того чтобы сбить точно такой же вражеский самолет с точно таким же пилотом противника. То есть по большому счету при воздушном таране происходит равноценный обмен, как в шахматах – и что тут, спрашивается, «героического»?
   Да и в случае с Нестеровым «равноценным» такой обмен можно назвать только с большой натяжкой – Нестеров был не «простым» пилотом, а лучшим пилотом своего времени. Успев повоевать чуть меньше месяца с начала войны, он совершил 28 боевых вылетов (иногда по 2-3 в день), проводя воздушную разведку и выполнив одним из первых в России бомбардировку австрийских позиций специально приспособленными для этого артиллерийскими снарядами. Бомбометание проводилось Нестеровым настолько эффективно, что австрийское командование пообещало крупную денежную награду тому, кто собьёт аэроплан Нестерова.
   А поскольку Нестеров сбил себя сам, австрияки (как честные люди) должны были бы направить эту денежную награду его вдове – русский пилот больше не причинит немцам и австрийцам никакого вреда и не станет самым выдающимся асом Первой мировой войны. И это при том, что лётчиков в русской армии тогда катастрофически не хватало – их было лишь двести человек на весь фронт, – и только у Нестерова было два самолёта (основной и запасной), полученные им как награда ещё до войны за «мёртвую петлю» и целый ряд блестящих перелётов.
   Примерно так я думал, удивляясь поступку Нестерова, пока не прочитал воспоминания Виктора Соколова – в 1914 году поручика, пилота 9-го авиаотряда 3-й армии Юго-Западного фронта, бывшего свидетелем последнего воздушного боя Нестерова и предшествующих ему событий, который сделал понятными причины этого нестеровского подвига.

   Если верить Соколову, то дело было так. После взятия Львова авиаотряд Нестерова перебазировался в Жолкиев, куда перебрался и весь штаб 3-й армии Юго-Западного фронта. Должность генерала-квартирмейстера штаба 3-й армии (в переводе на современный военный язык – первого заместителя начальника штаба, отвечавшего за вопросы боевой подготовки войск, их размещения и передвижения, мобилизационную готовность, разведку и контрразведку), тогда занимал М.Д. Бонч-Бруевич.
   СПРАВКА: Михаил Дмитриевич Бонч-Бруевич (24.02.1870 – 03.08.1956) – русский и советский военачальник, участник Первой мировой и гражданской войн. После Великой Октябрьской революции стал первым царским генералом, перешедшим на сторону большевиков. Генерал-лейтенант Красной Армии (1944). Брат В.Д. Бонч-Бруевича – известного деятеля большевистской партии и соратника Ленина.
   В Жолкиеве у российских военных была одна проблема, не такая уж и большая, но всех раздражающая: каждый день утром над городом появлялся австрийский аэроплан который проводил разведывательный полет над городом и уходил обратно. А теперь слово поручику Соколову:

Collapse )

Buy for 50 tokens
Buy promo for minimal price.